Библиотека русской поэзии
На главную
Стихи автора

Сергей Дуров - Из Данте ("На пол-пути моей земной дороги")

На пол-пути моей земной дороги
Забрел я в лес и заблудился в нем.
Лес был глубок; звериные берлоги

Окрест меня зияли. В лесе том
То тигр мелькал, то пантер полосатый,
То змей у ног, шипя, вился кольцом.

Душа моя была печалью сжата;
Я трепетал. Но вот передо мной
Явился муж, в очах с любовью брата,

И мне сказал: "В вожатого судьбой
Я дал тебе! Без страха, без усилий,
Я в черный ад готов итти с тобой".

Слова его дышали слаще лилий
И вешних роз; но я ему в ответ:
"Скажи, кто ты?.." Он отвечал: "Виргилий"..

А я ему: "Так это ты, поэт,
Пленительный, живой и сладкогласный!
Ты, в коем я, от юношеских лет,

Нашел родник поэзии прекрасной!
Учитель мой - подумай - у меня
Довольно ль сил на этот путь опасный?"

Он мне: "Иди! Душевного огня
Не трать в пылу минутного сомненья".
И я дошел... Уже светило дня

Потухнуло. В тумане отдаленья
Тропа едва виднелась между скал...
Но, наконец, вот - адские владенья.

На воротах Егова начертал:
"Через меня проходят в ту долину,
Где вечный плач и скрежет. Кто упал

Единожды в греховную пучину, -
Тот не живи надеждой! Впереди
Он встретит зло, стенанья и кручину".

Почувствовал я страх в моей груди -
И говорю: "Мне страшно здесь, учитель".
А он в ответ: "Мужайся и иди..."

И мы вошли в подземную обитель.
Вокруг меня раздался вопль и стон,
И треск, и шум, и говор-оглушитель...

Я обомлел... "Куда я занесен? -
Подумал я. - Не сон ли это черный?"
Виргилий мне: "Нет, это, Дант, не сон!

Здесь черный ад. Сонм грешных непокорный,
Как облако, летит перед тобой,
В обители мучения просторной..."

А я ему: "За что, учитель мой,
Они в аду?" - "За то, что в жизни мало
Они пеклись о жизни неземной.

В них светлых чувств и мыслей доставало,
Чтоб проникать в надзвездные края;
Но воля в них, от лености, дремала...

В обители загробной бытия
От них и бог и демон отступился;
Они ничьи теперь, их жизнь теперь ничья...

Я замолчал - и далее пустился,
А между тем, бесчисленной толпой,
Сонм грешников вокруг меня носился,

За ним вослед летел тяжелый рой
Шмелей и ос - они вонзили жало
В лицо и грудь несчастных. Кровь рекой,

С слезами их смешавшись, упадала
На жаркий прах, а гадины земли
И кровь, и пот, и слезы их глотали...

Мы в сторону от грешных отошли
И с тайною сердечною тоскою
Пустились в путь - и к берегу пришли,

Склоненному над сонною рекою.
Тут встретил нас полуразбитый челн,
И в нем старик с сребристой бородою.

Сей старец был бесчувственный Харон,
Всех грешников на злую казнь везущий,
Вглядясь в меня, ко мне промолвил он:

"Зачем ты здесь, в несущем царстве - сущий?
В моей ладье тебе приюта нет:
С усопшими не должен быть живущий!"

Виргилий же на то ему в ответ:
"Мы с ним идем по тайной воле бога!
Свершай его божественный завет!"

Харон умолк. Мы сели в челн убогий
И поплыли. Еще с златых небес
Лились огонь и пурпур. Кормчий строгий

Причалил. Вот мы вышли в темный лес:
Ах, что за лес! Он весь сплелся корнями,
И черен был, как уголь, лист древес.

В нем цвет не цвел. Колючими шипами
Росла трава. Не воздух, - смрадный яд
Точил окрест и помавал ветвями...

1846