Библиотека русской поэзии
На главную

Осип Мандельштам

Мандельштам Осип. Стихи

Мандельштам, Осип Эмильевич (15 января 1891 - 27 декабря 1938) — русский поэт, эссеист, переводчик и литературный критик. Осип Мандельштам относится к числу наиболее выдающихся русских поэтов 20-го века.

Мандельштам родился в Варшаве в 1891 году. Его отец, потомок испанских евреев, считал себя философом. На самом деле, он был неудачным в философии и торговли. Мать Мандельштама была талантливым музыкантом. Осип был старшим сыном в семье, у него было два младших брата. В 1897 году семья переехала в Санкт-Петербург. Мандельштам поступил в престижное Тенишевское училище, которое имело репутацию лучшего в Петербурге в то время.

Это гарантировало идеальное гуманитарное образования. Именно здесь Осип Мандельштам начал писать свои первые стихи. Он также заинтересовался музыкой и театром. Он часто ходил по улицам Петербурга и набережных, впечатления, чувства и эмоции о которых описал в стихах позже. После окончания училища в 1907 году Мандельштам уехал в Париж учиться в Сорбонне. Он открыл для себя французских поэтов, таких как Шарль Бодлер, Поль Верлен и Франсуа Вийона. Мандельштам был очарован и вдохновлен их творчеством. Кроме того, он познакомился с Николаем Гумилевым, русским поэтом, который оказал сильное влияние на Осипа. Они стали близкими друзьями. Атмосфера в Париже идеально подходила для творческой работы, поэтому Мандельштам пробовал себя и в прозе и в поэзии. Он также путешествовал, посетил Италию, Швейцарию, Германию и другие европейские страны. Мандельштам продолжил свое образование в Гейдельбергском университете, после чего вернулся в Санкт-Петербург, чтобы полностью отдаться литературе.

1910 год был годом литературного дебюта Мандельштама: пять стихов молодого поэта появились в журнале «Аполлон». Они даже получили некоторые положительные отзывы. В 1911 году Осип Мандельштам был крещен в церкви г. Выборга по методистскому обряду и поступил на исторический и филологический факультет Санкт-Петербургского университета. Он изучал культуру Ассирии, Египта и Древнего Вавилона. Тем не менее, Осип нашел время, чтобы продолжить свою литературную работу. Мандельштам встретил таких поэтов, как Анна Ахматова и Вячеслав Иванов, которые поделились своими литературными вкусами и взглядами, и он много времени проводил с Николаем Гумилевым, своим лучшем другом с Парижа.

Их любимым местом было кафе «Бродячая собака», где поэты и художники Серебряного века собирались, чтобы читать стихи и показывать свои черновики и наброски. Бродячая собака была неофициальным центром культурной жизни Санкт-Петербурга в течение первых двух десятилетий 20-го века. Она по-прежнему существует в Санкт-Петербурге по адресу площадь Искусств, д. 5.

В 1913 году Осип Мандельштам начал обретать популярность. Он был одним из тех поэтов, которые называли себя "акмеистами". Акмеизмом называлась поэтическая школа противостоящая символизму. Он присоединился к тем, кто считает, что материальность и точность слов и образов были самыми важными элементами поэзии.

Литературные критики считают, что коллекция стихов Мандельштама "Камень" является лучшим достижением движения акмеистов.

После 1913 Осип Мандельштам много путешествовал. Он жил в Москве, Петербурге, Крыму и Тифлисе (ныне Тбилиси, столица Грузии). Его современники называли его «Странник». У Мандельштама не было дома, а жил он у своего друга, в дешевых гостиницах или на съемных квартирах. В 1916 году он познакомился с Мариной Цветаевой, талантливой русской поэтессой. Они стали хорошими друзьями, и их дружба стала причиной написания нескольких стихотворений, которые они посвятили друг другу.

После Октябрьской революции 1917 года Осип Мандельштам был вынужден работать в качестве унтер-офицера, чтобы заработать себе на жизнь. Он написал много стихов и в 1922 году он опубликовал сборник «Tristia». Мандельштам также проявил себя как талантливый литературный критик: он написал статью «О поэзии», в которой он проанализировал работу поэтов первых двух десятилетий 20-го века. Кроме того, Мандельштам писал рассказы для детей — "Два трамвая" и "Примус". Он отлично знал английский, французский и немецкий и переводил произведения зарубежных поэтов.

В 1919 году в Киеве Осип Мандельштам встретил Надежду Хазину, которая стала его женой.

Осип и Надежда провели лето и осень 1921 года в Грузии. Там они узнали о смерти выдающегося русского поэта Александра Блока и о казни Николая Гумилева. Ужасные события ввели Мандельштама в глубокую депрессию. Это был поворотный момент в его творческой карьере: эволюция от рационального к иррациональному и трагической поэзии со сложными ассоциациями.

Стихи Мандельштама и романы издавались в России и Германии, и включают в себя: сборник стихов "Вторая книга" и третье издание "Камень" в 1923 году, автобиографическая повесть "Шум времени" в 1925 году, "Стихотворения" в 1928 году, последний сборник, изданный при жизни Мандельштама. Он также работал над своим эссе "Разговор о Данте", но он был опубликован лишь через много лет после его смерти.

В 1933 году Осип Мандельштам написал стихотворение, в котором он подверг критике советский режим и насмехался над Иосифом Сталиным. В 1934 году он был арестован и приговорен к ссылке. Он ожидал, что будет приговорен к смертной казни через расстрел, так что относительная мягкость наказания удивила его. В эмиграции он написал несколько стихотворений о своей готовности стать жертвой казни.

После возвращения из ссылки Мандельштаму и его жене было запрещено жить в Москве или Ленинграде (ныне Санкт-Петербург). Они жили в пригороде, но в мае 1938 Осип Мандельштам был арестован во второй раз за "контрреволюционную деятельность". Поэт был приговорен к депортации на Колыму (Сибирь). Мандельштам умер в пересыльном лагере под Владивостоком 27 декабря 1938 года. Свидетели вспомнили, что в последние месяцы своей жизни Мандельштам поддался безумию. По официальной версии Осип Мандельштам умер от сердечной недостаточности. Но, по другой версии, причиной смерти стал тиф. Имя Осипа Мандельштама было запрещено в течение 20 лет после того, как он скончался. Только во второй половине 20-го века творчество Мандельштама стало известным и ценным. В конце 20-го и начале 21-го века поэту были возведены памятники в Москве, Владивостоке и Воронеже.

Стихотворения Осипа Мандельштама



1906
Среди лесов, унылых и заброшенных...
Тянется лесом дороженька пыльная...

1908
Из полутемной залы, вдруг...
Камень
Мой тихий сон, мой сон ежеминутный...
О, красавица Сайма, ты лодку мою колыхала...
Сусальным золотом горят...
Только детские книги читать...
В непринужденности творящего обмена...

1909
Бесшумное веретено
Что музыка нежных...
Дано мне тело - что мне делать с ним...
Довольно лукавить: я знаю...
Дыханье вещее в стихах моих...
Истончается тонкий тлен...
Сквозь восковую занавесь...
Музыка твоих шагов...
На бледно-голубой эмали...
На темном небе, как узор...
На влажный камень возведенный...
Не говорите мне о вечности...
Нету иного пути...
Невыразимая печаль
Нежнее нежного
Ни о чем не нужно говорить...
Озарены луной ночевья...
Пилигрим
Пустует место. Вечер длится...
Ты улыбаешься кому...
Твоя веселая нежность...
В безветрии моих садов
В холодных переливах лир...
В морозном воздухе растаял легкий дым...
В просторах сумеречной залы...
В смиренномудрых высотах...
Если утро зимнее темно...
Есть целомудренные чары...
Здесь отвратительные жабы...

1910
Душный сумрак кроет ложе...
Где вырывается из плена
Из омута злого и вязкого...
Как облаком сердце одето...
Как тень внезапных облаков...
Когда мозаик никнут травы...
Когда укор колоколов...
Листьев сочувственный шорох...
Медлительнее снежный улей...
Неумолимые слова...
Мне стало страшно жизнь отжить...
Над алтарем дымящихся зыбей...
Необходимость или разум
Под грозовыми облаками...
Silentium
Слух чуткий парус напрягает...
С. П. Каблукову
Темных уз земного заточенья...
Вечер нежный. Сумрак важный...
В изголовьи Черное Распятье...
В огромном омуте прозрачно и темно...
В самом себе, как змей, таясь...
Я вижу каменное небо...
Убиты медью вечерней...
Единственной отрадой...
Змей

1911
Блок
Дождик ласковый, мелкий и тонкий...
Душу от внешних условий...
Как кони медленно ступают...
Когда подымаю...
Коробки...
Медленно урна пустая...
На перламутровый челнок...
Не спрашивай: ты знаешь...
О небо, небо, ты мне будешь сниться!..
Отчего душа так певуча...
Раковина
Сегодня дурной день...
Скудный луч холодной мерою...
Смутно-дышащими листьями...
Стрекозы быстрыми кругами...
Ты прошла сквозь облако тумана...
В лазури месяц новый...
Вы хотите быть игрушечной...
Я знаю, что обман в видении немыслим...

1912
Айя-софия
Антология античной глупости
Царское село
И глагольных окончаний колокол...
Казино
Когда показывают восемь...
Лютеранин
Мы напряженного молчанья не выносим...
Нет, не луна, а светлый циферблат...
Notre Dame
Образ твой, мучительный и зыбкий...
Паденье - неизменный спутник страха...
Пешеход
Пусть в душной комнате, где клочья серой ваты...
Развеселился, наконец...
Шарманка
Тысячеструйный поток...
Я давно полюбил нищету...
Я ненавижу свет...
Я вздрагиваю от холода...
Золотой

1913
Адмиралтейство
Американ бар
Американка
Бах
Черты лица искажены...
Дев полуночных отвага...
Домби и сын
Футбол
Кинематограф
Кушает сено корова...
Летние стансы
Нет, не поднять волшебного фрегата...
Не унывай...
Н. Недоброво
От легкой жизни мы сошли с ума...
Отравлен хлеб, и воздух выпит...
Песенка
Петербургские строфы
Спорт
Старик
Теннис
Веселая скороговорка
В половине второго...
В спокойных пригородах снег...
В таверне воровская шайка...
Второй футбол
Я избежал суровой пени...
Египтянин
Заснула чернь. Зияет площадь аркой...
Здесь я стою - я не могу иначе...

1914
1914
Автопортрет
Encyclica
Это все о луне только небылица...
Как черный ангел на снегу...
Как овцы, жалкою толпой...
Когда держался Рим в союзе с естеством...
"Мороженно!" Солнце. Воздушный бисквит...
На луне не растет...
На площадь выбежав, свободен...
Немецкая каска
Ода Бетховену
О временах простых и грубых...
Перед войной
Polacy!
Посох
Природа - тот же Рим и отразилась в нем...
Пусть имена цветущих городов...
Равноденствие
Реймс и Кельн
Рим
Валкирии
В белом раю лежит богатырь...
В пол-оборота, о печаль...
Я не слыхал рассказов Оссиана...
Европа

1915
Аббат
Автоматичен, вежлив и суров...
Бессонница. Гомер. Тугие паруса...
Дворцовая площадь
И поныне на Афоне...
Как этих покрывал и этого убора...
Но в Петербурге акмеист мне ближе...
Обиженно уходят на холмы...
О свободе небывалой...
От вторника и до субботы...
Переменилось все земное...
С веселым ржанием пасутся табуны...
Свежо раскинулась сирень...
Вот дароносица, как солнце золотое...
Вуайажор арбуз украл
Я не увижу знаменитой "Федры"...
У моря ропот старческой кифары...
Уничтожает пламень...

1916
Барон Эмиль хватает нож...
Эта ночь непоправима...
Мадригал
Мне скучно здесь, мне скучно здесь...
Не веря воскресенья чуду...
О, этот воздух, смутой пьяный...
Петрополь
Собирались эллины войною...
Соломинка
В разноголосице девического хора...
Я потеряла нежную камею...
На розвальнях, уложенных соломой...
Зверинец

1917
А. Ахматовой
Актеру, игравшему испанца
Декабрист
Кассандре
Когда на площадях и в тишине келейной...
Когда октябрьский нам готовил временщик...
Кто знает, может быть, не хватит мне свечи...
Меганом
Среди священников левитом молодым...
Золотистого меда струя из бутылки текла...

1918
Что поют часы-кузнечик...
Когда в теплой ночи замирает...
На страшной высоте блуждающий огонь!..
Сумерки свободы
Телефон
Tristia
Твое чудесное произношенье...
Все чуждо нам в столице непотребной...
В тот вечер не гудел стрельчатый лес органа...

1919
Ах, ничего я не вижу, и бедное ухо оглохло...
Черепаха
Феодосия
Спросили раз у воина...
В хрустальном омуте какая крутизна!

1920
Актер и рабочий
Чуть мерцает призрачная сцена...
Газелла
Где ночь бросает якоря...
Когда городская выходит на стогны луна...
Когда Психея-жизнь спускается к теням...
Ласточка
Мне Тифлис горбатый снится...
Мне жалко, что теперь зима...
Сестры тяжесть и нежность, одинаковы ваши приметы...
Тетушка и Марат
В альбом спекулянтке Розе
Веницейская жизнь
Вернись в смесительное лоно...
Возьми на радость из моих ладоней...
В Петербурге мы сойдемся снова...
Я наравне с другими...
Я в хоровод теней, топтавших нежный луг...
Я вскормлен молоком классической Паллады...
Умеревший офицер
За то, что я руки твои не сумел удержать...
Зевес сегодня в гневе на Гермеса...

1921
Это есть художник Альтман...
Холодно розе в снегу...
Концерт на вокзале
Люблю под сводами седыя тишины...
Рояль
Умывался ночью на дворе...
Закутав рот, как влажную розу...

1922
Холодок щекочет темя...
Как растет хлебов опара...
Кому зима - арак и пунш голубоглазый...
Московский дождик
Сонный трамвай
С розовой пеной усталости у мягких губ...
Век
Ветер нам утешенье принес...
Я не знаю, с каких пор...
Я по лесенке приставной...

1923
Грифельная ода
Как тельце маленькое крылышком...
Нашедший подкову
О порфирные цокая граниты...
Опять войны разноголосица...
Париж
Поэту море по коленки!..
Спит безмятежно...
Ubi bene, ibi patria...
Есть разных хитростей у человека много...

1924
А. Радловой
Буквы
Два трамвая
И. Уткину
Кооператив
Лжец и ксендзы
Муравьи
На Моховой семейство из Полесья...
Нет, никогда, ничей я не был современник...
Однажды некогда какой-то подполковник...
Полотеры
По нашим временам куда как стали редки...
Примус
Яйцо

1925
Антология житейской глупости
Это есть мадам Мария...
Из "Антологии античной глупости"
Извозчик и Дант
Какой-то гражданин, наверное попович...
Сегодня ночью, не солгу...
Шары
Скажу ль...
Вы, с квадратными окошками...
Я буду метаться по табору улицы темной...
Жизнь упала, как зарница...

1926
Автомобилище
Чистильщик
Кухня

1927
Горнунгам
Когда удар с ударами встречается...
Любил Гаврила папиросы...
Не развалины - нет...
Песнь вольного казака
Писателю
Портниха
Ты красок себе пожелала...
Вермель в Канте был подкован...

1928
Г. А. Шенгели
Орущих камней государство...
Подшипник с шариком...

1930
Дикая кошка - армянская речь...
И по-звериному воет людье...
Как бык шестикрылый и грозный...
Как люб мне натугой живущий...
Как поехал Вермель в Дмитров...
Калоша
Колючая речь араратской долины...
Куда как страшно нам с тобой...
Лазурь да глина, глина да лазурь...
Ленинград
На полицейской бумаге верже...
Не говори никому...
Посреди огромных буйволов...
Ты розу Гафиза колышешь...
Все в трамвае
Зане в садах Халатова-халифа...

1931
Довольно кукситься! Бумаги в стол засунем!..
Фаэтонщик
Еще далеко мне до патриарха...
Как народная громада
Как парламент, жующий фронду...
Колют ресницы. В груди прикипела слеза...
Мы с тобой на кухне посидим...
Неправда
Нет, не мигрень,- но подай карандашик...
Нет, не спрятаться мне от великой муры...
Ночь на дворе. Барская лжа...
Отрывки из уничтоженных стихов
Полночь в Москве. Роскошно буддийское лето...
Помоги, Господь, эту ночь прожить...
После полуночи сердце ворует...
Руку платком обмотай и в венценосный шиповник...
Сегодня можно снять декалькомани...
С миром державным я был лишь ребячески связан...
Сохрани мою речь навсегда за привкус несчастья и дыма...
Стихи о дохе
Там, где край был дик...
Я пью за военные астры, за все, чем корили меня...
Я скажу тебе с последней...
Жил Александр Герцевич...

1932
А. В. Звенигородскому
Дайте Тютчеву стрекозу...
Ф. Панферову
Ходит Вермель, тяжело дыша...
Христиан Клейст
Импрессионизм
К немецкой речи
Когда в далекую Корею...
Ламарк
Моргулеты
Муха
Не средиземною волной...
О, как мы любим лицемерить...
Плещут воды Флегетона...
Полюбил я лес прекрасный...
Счастия в Москве отчаяв...
Шапка, купленная в ГУМе...
Шестого чувства крошечный придаток...
Сядь, Державин, развалися...
Словно гуляка с волшебною тростью...
Там, где купальни-бумагопрядильни...
Вы помните, как бегуны...
Увы, растаяла свеча...
Зашумела, задрожала...

1933
Ариост
Большевикам мил элеватор...
Друг Ариоста, друг Петрарки, Тасса друг...
Эмаль, алмазы, позолота...
Холодная весна. Бесхлебный, робкий Крым...
И клена зубчатая лапа...
Как соловей, сиротствующий, славит...
Квартира тиха как бумага...
Люблю появление ткани...
Мальчик в трамвае
М. С. Петровых
Мяукнул конь и кот заржал...
Не искушай чужих наречий, но постарайся их забыть...
О бабочка, о мусульманка...
Скажи мне, чертежник пустыни...
Сонет
Татары, узбеки и ненцы...
В игольчатых чумных бокалах...
В Европе холодно. В Италии темно...
Убийца, преступная вишня...
У нашей святой молодежи...
Уста запеклись и разверзлись чресла...
Знакомства нашего на склоне...

1934
10 января 1934
А посреди толпы, задумчивый, брадатый...
Голубые глаза и горячая лобная кость...
И Шуберт на воде, и Моцарт в птичьем гаме...
Когда, уничтожив набросок...
Мастерица виноватых взоров...
На берегу Эгейских вод...
Не надо римского мне купола...
Не жеребенок хвостом махает!..
Один портной
Он дирижировал кавказскими горами...
Преодолев затверженность природы...
Привыкают к пчеловоду пчелы...
Промчались дни мои - как бы оленей...
Твоим узким плечам под бичами краснеть...
В оцинкованном влажном Батуме...
В. Пясту

1935
Бежит волна-волной, волне хребет ломая...
Чернозем
Да, я лежу в земле, губами шевеля...
День стоял о пяти головах. Сплошные пять суток...
Это какая улица?..
Это я. Это Рейн. Браток, помоги...
Еще мы жизнью полны в высшей мере...
Исполню дымчатый обряд...
И я выхожу из пространства...
Кама
Лишив меня морей, разбега и разлета...
Мир должно в черном теле брать...
Мир начинался страшен и велик...
Мне кажется, мы говорить должны...
На мертвых ресницах Исакий замерз...
Наушнички, наушники мои!..
Не мучнистой бабочкою белой...
От сырой простыни говорящая...
Пусти меня, отдай меня, Воронеж...
Римских ночей полновесные слитки...
Случайная небрежность иль ослышка...
Стансы
Тянули жилы, жили-были...
Ты должен мной повелевать...
Воздух пасмурный влажен и гулок...
Я должен жить, хотя я дважды умер...
Я семафор со сломанной рукой...
Я живу на важных огородах...
За гремучую доблесть грядущих веков...
За Паганини длиннопалым...
Железо

1936
А мастер пушечного цеха...
Детский рот жует свою мякину...
Эта область в темноводье...
Источник слез замерз...
Как подарок запоздалый...
Карлик-юноша, карлик-мимоза...
Когда щегол в воздушной сдобе...
Мой щегол, я голову закину...
Не у меня, не у тебя - у них...
Нынче день какой-то желторотый...
Оттого все неудачи...
Пластинкой тоненькой жиллета...
Подражание новогреческому
Пришла Наташа. Где была?..
Рождение улыбки
Сосновой рощицы закон...
Вехи дальние обоза
Внутри горы бездействует кумир...
Возможна ли женщине мертвой хвала?..
Я в сердце века - путь неясен...

1937
Я скажу это начерно, шопотом...
Я около Кольцова...
Я нынче в паутине световой...
Я молю, как жалости и милости...
Я к губам подношу эту зелень...
Я в львиный ров и в крепость погружен...
Эта книга украдена...
Чтоб, приятель и ветра и капель...
Что делать нам с убитостью равнин...
Флейты греческой тэта и йота...
Улыбнись, ягненок гневный с Рафаэлева холста...
Твой зрачок в небесной корке...
Такие же люди, как вы...
Средь народного шума и спеха...
Слышу, слышу ранний лед...
Разрывы круглых бухт, и хрящ, и синева...
Пою, когда гортань сыра, душа - суха...
Обороняет сон мою донскую сонь...
О, этот медленный, одышливый простор!..
О, эта Лена, эта Нора...
О, как же я хочу...
Нереиды мои, нереиды...
Не сравнивай: живущий несравним...
На откосы, Волга, хлынь, Волга, хлынь...
На меня нацелилась груша да черемуха...
На доске малиновой, червонной...
Может быть, это точка безумия...
Люблю морозное дыханье...
Куда мне деться в этом январе?..
Когда в ветвях понурых...
Клейкой клятвой липнут почки...
Кинешь око удивленное...
Как светотени мученик Рембрандт...
Как по улицам Киева-Вия...
Как землю где-нибудь небесный камень будит...
Как женственное серебро горит...
Как дерево и медь - Фаворского полет...
Искусств приличных хоровода...
И пламенный поляк - ревнивец фортепьянный...
Заблудился я в небе - что делать?..
Еще он помнит башмаков износ...
Еще не умер ты, еще ты не один...
Если б меня наши враги взяли...
Дрожжи мира дорогие...
Гончарами велик остров синий...
Где связанный и пригвожденный стон?..
Вооруженный зреньем узких ос...
Влез бесенок в мокрой шерстке...
В лицо морозу я гляжу один...
Были очи острее точимой косы...
Чарли Чаплин
Тайная вечеря
Где лягушки фонтанов, расквакавшись...
Я видел озеро, стоявшее отвесно...
Кувшин
Наташа спит. Зефир летает...
К пустой земле невольно припадая...