Библиотека русской поэзии
На главную
Стихи автора

Максимилиан Волошин - Meч


1

Меч создал справедливость.

2

Насильем скованный,
Отточенный для мщенья, - 
Он вместе с кровью напитался духом
Святых и праведников,
Им усекновенных. 
И стала рукоять его ковчегом 
Для их мощей. 
(Эфес поднять до губ - 
Доныне жест военного салюта.) 
И в этом меч сподобился кресту - 
Позорному столбу, который стал 
Священнейшим из символов любви.

3

На справедливой стали проступили 
Слова молитв и заповеди долга:
"Марии - Деве милосердной - Слава". 
"Не обнажай меня без нужды, 
Не вкладывай в ножны без чести". 
"In te, о Domine, speravi!"
(На тебя, Господи, уповаю! (лат.)) -
Восклицают средневековые клинки. 
Меч сосвященствовал во время
Литургии,
Меч нарекался в таинстве крещенья. 
Их имена "Отклер" и "Дюрандаль"
Сверкают, как удар.
И в описях оружья 
К иным прибавлено рукой писца:
"Он - фея".

4

Так из грабителя больших дорог
Меч создал рыцаря
И оковал железом 
Его лицо и плоть его; а дух 
Провел сквозь пламя посвященья, 
Запечатляя в зрящем сердце меч, 
Пылающий в деснице Серафима:
Символ земной любви,
Карающей и мстящей, 
Мир рассекающий на "да" и "нет", 
На зло и на добро. 
"Si! Si! - No! No!" - 
Как утверждает Сидов меч "Тисона".

5

Когда же в мир пришли иные силы 
И вновь преобразили человека, 
Меч не погиб, но расщепился в дух:
Защитницею чести стала шпага - 
Ланцет для воспаленных самолюбий 
А меч -
Вершителем судебных приговоров.
Но, обесчещенный,
Он для толпы остался
Оракулом
И врачевателем болезней;
И палачи, собравшись, хоронили
В лесах Германии
Усталые мечи,
Которые отсекли
Девяносто девять.

6

Казнь реформировал
Хирург и филантроп,
И меч был вытеснен
Машинным производством, 
Введенным в область смерти; и с тех пор
Он стал характером,
Учением, доктриной:
Сен-Жюстом, Робеспьером, гильотиной - 
Антиномией Кантова ума.

7

О, правосудие,
Держащее в руках 
Весы и меч! Не ты ль его кидало 
На чашки мира: "Горе побежденным!" ? 
Не веривший ли в справедливость
Приходил 
К сознанию, что надо уничтожить
Для торжества ее
Сначала всех людей? 
Не справедливость ли была всегда 
Таблицей умноженья, на которой
Труп множили на труп,
Убийство на убийство
И зло на зло?
Не тот ли, кто принес "Не мир, а меч", 
В нас вдунул огнь, который 
Язвит и жжет, и будет жечь наш дух,
Доколе каждый 
Таинственного слова не постигнет:
"Отмщенье Мне и Аз воздам за зло".

1 февраля 1922 
Коктебель