Владимир Бенедиктов - Между скал

Белело море млечной пеной.
Татарский конь по берегу мчал
Меня к обрывам страшных скал
Меж Симеисом и Лименой, 
И вот - они передо мной
Ужасной высятся преградой; 
На камне камень вековой; 
Стена задвинута стеной; 
Громада стиснута громадой; 
Скала задавлена скалой. 
Нагромоздившиеся глыбы
Висят, спираясь над челом, 
И дико брошены кругом
Куски, обломки и отшибы; 
А время, став на их углы, 
Их медленно грызет и режет: 
Здесь слышен визг его пилы, 
Его зубов здесь слышен скрежет. 
Здесь бог, когда живую власть
Свою твореньем он прославил, 
Хаоса дремлющего часть
На память смертному оставил. 
Зияют челюсти громад; 
Их ребра высунулись дико, 
А там - под ними - вечный ад, 
Где мрак - единственный владыко; 
И в этой тьме рад - рад ездок, 
Коль чрез прорыв междуутесный
Кой - где мелькает светоносный
Хоть скудный неба лоскуток. 
А между тем растут преграды, 
Все жмутся к морю скал громады, 
И поперек путь узкий мой
Вдруг перехвачен: нет дороги! 
Свернись, мой конь, ползи змеей, 
Стели раскидистые ноги, 
Иль в камень их вонзай! - Идет; 
Подковы даром не иступит; 
Опасный встретив переход, 
Он станет - оком поведет - 
Подумает - и переступит, - 
И по осколкам роковым, 
В скалах, чрез их нависший купол, 
Копытом чутким он своим
Дорогу верную нащупал. 

Уже я скалы миновал; 
С конем разумным мы летели; 
Ревел Евксин, валы белели, 
И гром над бездной рокотал. 

Средь ярких прелестей созданья
Взгрустнулось сердцу моему: 
Оно там жаждет сочетанья; 
Там тяжко, больно одному. 
Но, путник, ежели порою
В сей край обрывов и стремнин
Закинут будешь ты судьбою, - 
Здесь - прочь от людей! Здесь будь один! 
Беги сопутствующих круга, 
Оставь избранницу любви, 
Оставь наперсника и друга, 
От сердца сердце оторви! 
С священным трепетом ты внидешь
В сей новый мир, в сей дивный свет: 
Громады, бездны ты увидишь, 
Но нет земли и неба нет; 
Благоговенье трисвятое
В тебя прольется с высоты, 
И коль тогда здесь будут двое, 
То будут только - бог и ты.

1841