Самуил Маршак - Холодный дом

В газетах сказано о том,
Что продан Диккенсовский дом.

Публично, именем закона,
Дом "Копперфильда" и "Сверчка"
Оценщики аукциона
На днях пустили с молотка.

Бедняга Диккенс много лет
Лежит в Вестминстерском аббатстве.
Он не узнает из газет
Об этом новом святотатстве...

Клубится лондонский туман
И с фонарями улиц спорит,
Как в дни, когда писал роман
Покойный автор "Крошки Доррит".

По-прежнему издалека
Мы слышим крик зеленщика,
И запах устрицы и травки
Доносится из ближней лавки.

Во мгле, продрогнув до костей,
По переулкам бродят дети...
Но нет уж Диккенса на свете.
Певца заброшенных детей.

Его уж нет. И продан дом,
Где жил поэт, чудак, мечтатель.
Пойдет ли здание внаем
Иль будет отдано на слом, -
Решит случайный покупатель...

Будь этот дом в стране труда,
А не в краю капиталистов,
Его бы, право, никогда
Не описал судебный пристав.

В музей он был бы превращен,
Очищен от столетней пыли.
Туда бы школьники ходили
По воскресеньям на поклон.

И вновь бы ожил дом холодный,
Видавший столько перемен...
Среди его старинных стен
Не умолкал бы шум народный.

Согрел бы их людской поток.
И жадно слушали бы дети,
Не затрещит ли в кабинете
Приятель Диккенса - сверчок...