Константин Симонов - Вьетнам, зима семидесятого чужого горя не бывает
1 Не спрашиваю, не выпытываю. Сначала, как на полигоне, Сам на себе Вьетнам испытываю, Сам проверяю: все ли понял! Не на экране, не на фото, Не кто-то, за кого - мне больно, Я сам ложусь вместо кого-то, На чье-то место, добровольно. Под бомбами, на поле рисовом, Лежу, опять двадцатилетний, Как в сорок первом, под Борисовом, На той, считавшейся последней... 2 Под крышей пальмовой рябою При керосиновом огне Сначала мне, С самим собою Сидящему наедине, Напоминает бой - о бое И тишина - о тишине. Потом вдруг все перевернется, Как рано утром на войне, И слышу, как вот-вот начнется Вот в этой самой тишине... 3 Вот здесь мою жену убили. Свалились с неба - и убили. Воронка - около дороги, А я шофер на старом ЗИСе, Взад и вперед я еду мимо, Четвертый год неутомимо, Неутомимо, неутомимо. И эта старая воронка, В которой прорастают травы, Четвертый год, как похоронка, То слева от меня, то справа... 4 Моя сестра благополучно родила В землянке, в результате операции. Пилот, пустивший "шрайк" из-под крыла, Цель поразив, сказал своим по рации: "Я цел, о'кей!" - про эту операцию. Осколок "шрайка" зацепил брюшину Сравнительно удачна, так что плод Был чуть задет. До свадьбы заживет! Ребенок еще вырастет мужчиной. Пока в землянке резали и шили, Там, наверху, еще бомбежка шла, У операционного стола Два старика велосипед крутили, Велосипедной фарою светили, Чтоб у хирурга видимость была. Все хорошо. И летчик цел - о'кей. И женщина почти цела - о'кей. Ребенок почти цел - о'кей. Моя сестра благополучно родила В землянке, в ходе этой операции... В которой честь американской нации, Как говорят, защищена была... 5 Под бомбами, прочь Уводя от смертей, Сотую ночь Мы будим детей. Будим детей. Их с юга вдоль моря На север ведем И, плача от горя, Им спать не даем, Спать не даем. Пока отбомбят, Весь день они ждут, А ночью не спят, Ночью идут, Ночью идут. Лишь смеркнется чуть, Детдом встает И, чтоб не заснуть, Хором поет, Хором поет. Старшему - девять, Младшему - пять, Три месяца детям Хочется спать, Хочется спать. У всех у них пали Отец или мать, Но, кроме того, еще Хочется спать, Хочется спать... Ничья уже совесть, Проснувшись сейчас, Тех детских бессонниц Не вынет из глаз, Не вынет из глаз. И нету ни средства, Ни сил у врачей Обратно то детство Отнять у ночей, Отнять у ночей... 6 С чего начинается память - с берез? С речного песочка? С дождя на дороге? А если - с убийства! А если - со слез! А если - с воздушной тревоги! А если с визжащей пилы в облаках, Со взрослых, в пыли распростертых! А если с недетского знания - как Живое становится мертвым! И в пять, и в пятнадцать, и в двадцать пять лет Войной начинается память. Здесь, в этой стране, где непомнящих - нет, Попробуем это представить... 7 Здесь отделенье самообороны Из пулемета сбило самолет. Вот здесь бомбил он. Вот следы воронок. Вот здесь упал он. Здесь зарыт пилот. Крестьяне, руки в небо подымая, Показывают направленье трасс. Да, я не мальчик, да, я понимаю - Мне говорят все это в сотый раз. И легендарность этого успеха Уже вошла в их деревенский быт, И не волнение, а только эхо Волнения в их голосах звучит. Все так. Но самолет был ими сбит Над их домами, И четыре года В нелетную и в летную погоду Тот самолет над ними не летит... 8 ...Я не видал жены семнадцать лет. Летают люди даже через полюс, Но нам с женой не продадут билет На пароход, на самолет, на поезд. Мы, как ножом, разрезаны рекой И, с двух сторон дойдя до переправы, Соединиться не имеем права. Семнадцать лет - как есть закон такой! Дочь родилась там, без меня. Жена состарилась там, без меня. Сын стал солдатом без меня. Все без меня там. Все без меня... Где я живу? Я в Костроме живу, Моя жена - под Курском. Дети - с нею. Нет, я не лгу! Как я вам лгать посмею! Я даже эту реку назову! Река - Ока! Уже семнадцать лет, Как вдоль нее проложена граница, И чтобы мне с семьей соединиться, Через нее - билетов нет и нет. Проезд закрыт по карте вниз и вверх. И я, не в силах совладать с тоскою, Живу в России, русский человек, Как надвое разрубленный Окою. Я многое забыть себе велел, Но та река никак не забывается. Семнадцатая параллель - Стихотворенье называется... 9 Напоминает море - море. Напоминают горы - горы. Напоминает горе - горе; Одно - другое. Чужого горя не бывает, Кто это подтвердить боится, - Наверно, или убивает, Или готовится в убийцы... 1963